Наперсница[СИ] - Екатерина Лунная

Аарон вернулся с охапкой сушняка в одной руке, другой волок молодое деревце. Он сразу приметил нашу размолвку, но ничего не сказал. Так мы и молчали до темноты, до самого ужина, пока Ирра в сопровождении Аарона не отправилась к ручью, мыть посуду. Я сидела на плаще, обхватив колени, и размышляла о том, что ожидает в Хевенхолде. Понемногу замечтавшись, начала представлять себе свадьбу, красивое платье и множество гостей. Большой замок, в котором я буду хозяйкой. И, конечно, воображала, будто между мной и лордом Эвердом вспыхнули чувства. Что он меня любит, будет оберегать меня и заботиться, за что я отблагодарю сторицей, подарив ему наследника. И мы будем жить долго, любить и уважать друг друга…

Через кусты проломилась злющая, откровенно бешеная Ирра. Она громыхала посудой, едва не в голос ругалась от обуревавших её чувств. Следом вышел задумчивый, но чем–то довольный Аарон, на которого девушка смотрела волком. Воин сел напротив меня и застыл, уставившись на пламя. Ирра сгрузила посуду подле меня, попыхтела над ухом и ушла в небольшую палатку, которую загодя установил мужчина.

Я переводила недоуменный взгляд с одного на вторую. Что за зверь укусил иномирянку, что та так разозлилась? Опять поссорились? Вроде бы, так мирно сидели, могли бы ещё поболтать перед сном, так теперь атмосфера вокруг настолько воинственная, что я боялась нарушить тишину. К счастью, заговорил Аарон.

— Кто ваша подруга, леди Шантель? Вы хорошо её знаете?

— Достаточно, чтобы отправиться с ней в путешествие, — осторожно ответила я. — К чему такой вопрос? Что произошло?

Воин помедлил с ответом. Обернулся на палатку, словно проверяя, не стоит ли Ирра за его спиной.

— Я знаю, вы знакомы со мной меньше, чем с Иррой, но все же… Я бы порекомендовал быть с ней осторожнее.

Да что вы говорите? — хотелось мне сказать язвительно. Но промолчала, ожидая продолжения.

— Обычно я хорошо разбираюсь в людях, леди Шантель. Смотря на вас, я вижу воспитанную юную леди, которая оказалась в непростой ситуации. Воспитанницу пансиона, как вы сами говорили. А вот цветочек — та ещё загадка. Она, в отличие от вас, ничего не рассказывает о себе, хотя видно, ей есть, что сказать и чем поделиться. Иногда она открывает рот для рассказа и тут же захлопывает, будто боясь ляпнуть лишнее. Она манерами бывает проста как крестьянка, а готовить не обучена. Деньги при себе имеет немалые, одежда же дешевая и откровенная, как у продажной женщины. Речи ведет разумные, но иногда как выразится… Не хочу влезать не в свое дело, но вы ещё так молоды и наивны, что я чувствую себя обязанным вас предупредить. Просто поберегитесь и не доверяйте Ирре безоглядно.

Я закусила губу, не зная, как ответить. Во многом Аарон прав, но мне–то известно, откуда такие нестыковки в поведении Ирры, просто сказать не могла. И в то же время я была благодарна, что воин не смолчал, предостерег, проявил внимание и неравнодушие ко мне.

— Спасибо за заботу, Аарон, — улыбнулась слабо, — но ваши опасения беспочвенны. Ирра — чудесная и добрая девушка, которая пришла мне на помощь в тяжелый час. У неё непростой характер и много тайн, но таков каждый человек. Поверьте мне и умерьте подозрительность.

Воин кивнул, давая понять, что принял к сведению мои слова. Не знаю только, поверил ли или счел, будто бы ввиду молодости и наивности предпочитаю закрывать глаза на правду и не замечать очевидного. Ну, пусть так.

— И всё–таки, чем вы так разозлили Ирру? По–моему, ещё немного, и у неё из ушей повалил бы пар от ярости.

— О, я всего лишь её поцеловал. Кажется, ей это не понравилось, — Аарон непроизвольно потер щеку и довольно усмехнулся.

— А как же ваши подозрения? — не удержалась я. — Ведь только что вы мне советовали держаться от неё подальше, а сами…

— Ну, я мужчина, — тихо рассмеялся воин. — И мне по душе загадочные женщины. Идите спать, леди Шантель. Я посторожу огонь.

— Добрых снов, — слегка растеряно пожелала я, поднимаясь с нагретого.

— Добрых снов, леди.

К обеду следующего дня мы вышли к небольшому поселению, находившемуся в стороне от главной дороги. К нему вилась заросшая травой еле видная колея, а указатель уведомлял, что путники удостоились чести посетить Лесной. Название простое и незамысловатое, как и сам поселок: около полусотни аккуратных домов, ухоженные огороды, стройные ряды оград. И, конечно, любопытные ребятишки, незрелым горохом высыпавшие на дорогу.

— Эй, разбойники! — весело крикнул Аарон. — Где тут у вас изба, в которой готовы приютить на денек путников?

— Обычно у больной вдовы путники ночуют, — к воину подбежал один из мальчишек, самый, видимо, смекалистый и смелый. — Идемте, провожу, — и, гордый, пошел впереди нас, указывая дорогу. Я поняла, что улыбаюсь, глядя на этих сорванцов, когда меня пихнула в бок Ирра.

— С таким умилением обычно смотрят на младенчиков, — невинным тоном произнесла эта вредина.

— Меня радуют дети любого возраста, — призналась я. — Их непосредственность, простота в выражении чувств. Они пока не умеют скрывать, что держат на уме. В этом вся прелесть детства — они пока что не умеют лгать.

Ирра фыркнула. Она сегодня словно не с той ноги встала, капризничала и язвила без меры, так что даже я была готова вспылить и потребовать заткнуться. Но молчала — все из того же понимания, что девушке непросто в нашем мире, она находится в постоянном напряжении, да ещё и Аарон подкидывал дров в пламя её недовольства.

— Ты бы очень удивилась, — свысока парировала Ирра, — если бы пообщалась с нашими школьниками, особенно старшеклассниками. Вот уж у кого вранье всегда правдоподобное. А глаза такие честные–честные!

— Все равно, когда ребенок врет, это всегда видно, — не согласилась я. — Именно по их честным глазам и понимаешь, что что–то не так. В нашем пансионе девочки воспитываются с семилетнего возраста, и мне доводилось присматривать за младшими. Поэтому я знаю, о чем говорю.

— А я проходила практику в средней школе. И могу со всей уверенностью заявить, что бывают такие кадры, которые с наскоку не расколешь! Отпираются до последнего и изворачиваются, как угри на сковородке.

— Может, это лишь мальчишки такие?

— А вот и нет! Девчонки пару раз такое откалывали, что хоть стой, хоть падай! Однажды даже чуть до полиции дело не дошло. Несколько наших учениц, лет эдак двенадцати, тишком обчистили камеры хранения в магазине. Ну, там оставляют вещи, чтобы не мотаться с большими сумками по лавкам. Так вот, обчистили, и никто ни слухом, ни духом, откуда у девочек новый телефон, внушительная сумма карманных денег и куча прочих побрякушек. Отоврались, засранки, когда их учитель начал вопросы задавать! А узнали о краже только с записей камер наблюдения! Это такие предметы, которые могут записывать то, что происходит, и потом показывать. Их там увидели, нашли, пришли в школу разбираться. Вызвали этих малолетних воришек и предложили им сразу покаяться. Так что ты думаешь? Они отпирались до тех пор, пока им под нос не ткнули этими самыми записями! И только тогда вылились на нас слезы в три ручья, поняли девки, что попались. А ты говоришь, всегда видно.